Лист второй: алты къызыл йымырта Мустафы Ширына

Подчас меня просто поражает глубина и всеобъемлемость исторических познаний Мустафы. Ежели бы я не знала, что Мустафа был командующим едисанских мурз, что по-нашему означает начальник гвардейцев-телохранителей хана Шагин Гирая II, то думала бы, что он – историк.
Вот и нынче, вернувшись в вечеру из Успенского монастыря, где Мустафа ставил пудовую свечу Успенской Божьей матери, и, привезя с собой одноногого русского солдата с офицерским золотым Георгиевским крестом на груди, Мустафа, словно форменный историограф, ответил на мой вопрос.
- Ваша светлость, Мустафа князь Ширынский, а ну ответствуй мне – неужто правоверный магометанин может посещать православные храмы, да жертвовать при том пудовые свечи христианской святыне? А солдат тебе почто? Неужто в крепость героя возьмешь? (Тут следует дать небольшое пояснение: слова Софьи Воротынской «неужто в крепость возьмешь?» подразумевают сделать человека крепостным, то есть рабом. Смею также напомнить, что крепостное право в Российской Империи было отменено в 1861 году).
- Ты, Ваша светлость, неправильно понимаешь суть веры в Господа, - безапелляционно ответствовал мне Мустафа. - То Сущее, что ты, Ваша светлость, называешь Бог, правоверный называет Аллах. Вот и выходит, что и ты и я веруем в единое Сущее Мира сего, токмо зовем его каждый на свой лад. Так вот, от Рождества Христова в 1320 году блистательный хан Узбек, да славится имя его - Дин Узбектен колды (это татарская поговорка-присказка, коия дословно означает «религия досталась нам от Узбека»), завещал всем правоверным властителям Чингизханового народа одинаково хорошо заботиться обо всех своих подданных, не взирая на их вероисповедание, и уважая веру их, и помогая им в становлении храмов их. И все ханы крымские свято следовали завету Узбека. Да будет тебе известно, Ваша светлость, что в 1445, а також в 1450 и 1460 годах Хаджи-Девлет Гирай жертвовал немало золота и серебра на строительство православных храмов. А началось все с того, что в 1427 году Узбек-внук восстановил древний христианский храм в Партените. А в 1587 году волею хана Ислам Гирая в деревеньке Биасале, что на речке Кача, на магометанские деньги была воздвигнута красивейшая христианская церковь для твоих соотечественников, коие томились в нашем плену. Чтоб ты, Ваша светлость, могла в сим удостовериться, поезжай и посмотри закладную доску в том храме. На ней же начертано послание строителя: «стараниями, помощью и иждивением господина Бината, сына Темирке, в память его и родителей его». В Кефе же, тебе в назидание, Ваша светлость, до турецкого ярма над нами, высились купола 17 католических храмов и двух монастырей с латинскими школами при них, греческие храмы и монастыри, армянские и русские церкви, иудейские синагоги и караимские кенассы…
Тут наш разговор прервала кухарка Мустафы. Она пришла узнать, что изволит кушать хозяин и его гость. Из вежливости ко мне и гостю, кухарка и Мустафа меж собой говорили по-русски, а из присущего татарскому народу человекоуважения Мустафа завсегда прибавляет к женскому имени слово «бикэ», что в среде татар и готов означает уважительное отношение к женщине.
- Ширын-бей, чем прикажете стол накрыть? - спросила своего господина его кухарка Джулиде-бикэ. – Я приготовила дымлангъан эт согъан – тушеное мясо с луком, а у христиан нынче пост. И мясо нынче для них харам (смертный грех).
Мустафа слегка призадумался и тут же ответствовал:
- Яйца никого не едят – следовательно, мясом они не являются. Посему приготовь-ка нам добрую яичницу. Таковскую, как я люблю - красную.
- Афу этинъиз (простите), Ширын-бей, къызыл йымырта готовятся с кровью. А кровь – часть животного, значит она – мясо.
- Женщина! Сыгъыр (т.е. корова) дает молоко. Но, во имя Аллаха Всемилостивого, не думаешь ли ты, что молоко – это мясо?
- Ёкъ (нет), Ширын-бей, - кротко и потупивши взор ответствовала Джулиде-бикэ.
- А коли так, то и другая какая жидкость в теле животного мясом быть не может. Вот и выходит, что кровь – не мясо. Посему, Джулиде-бикэ, поди и приготовь каждому красные яйца, - и тут Мустафа в сотый раз повторил, как именно нужно приготовить алты къызыл йымырта, то бишь, ежели дословно перевести с крымскотатарского языка, «шесть красных яиц».
- Поелику день постный, то раскали в казане масла постного. Возьми самое лучшее – из подсолнечного семени, а не ту оливковую дрянь, коей нас греки потчуют. Да кинь в масло луку мелко рубленного нежалеючи. Да не перепутай – лук возьми красный, сладкий, что на горных склонах Ялты взращивают. И как оный станет темно-красного цвету, влей в казан чарку (123 гр.) крови. Мешай хорошенько, дабы комков не было, и поперчи. Но не для горечи, а аромату заради. Как поперчила, влей в казан полдюжины (6 штук) взбитых яиц. И також мешай непрерывно, покуда яйца не изжарятся. Как скоро кушанье будет готово, поклади оное на противень, накрой голландским сыром и дай с пяток минут потомиться в разогретой духовке, покуда сыр не потечет. Для гостя яишню посыпь зарзават (зеленью), они это любят. Мне подай без травы. Не забудь к яишне подать запить – вина легкого белого (сухое вино). Позже подашь кофею, и табаку карасубазарского (т.е. из окрестностей Белогорска).
И, помятуя мое отвращение к табачному зелью, обернувшись в мою сторону, Мустафа закончил старинной крымскотатарской пословицей:
- Кто после еды не закурит, у того или табаку нет, или ума нет. А насчет солдата напрасно не переживай: правоверный человеков в крепость не берет. Это у вас, христиан, рабы и по сей день есть, токмо, лукавя перед собою и Господом, обзываете их не рабами, а крепостными душами. Нам же, верным последователям пророка Магомета, рабов иметь нельзя, так как Аллах всех людей создал свободными. Никогда крымский татарин рабов не имел, только пленных. А пленный, и жена его, и дети его, жили в хозяйском доме, ели за хозяйским столом ту же еду, что и хозяин. Дети плененного спали и жили с детьми пленителя. Более того, согласно заветам древнего татарского свода законов Терэ, коий в 999 раз древнее Шариата, пленник через пять лет должен быть отпущен на свободу. Ежели бывший пленник решал поселиться в Крымском Ханстве, то он брал земельный надел, какой выбрал из меват (то есть, из необработанной земли). Потому как в Благородном Свитке (так крымские магометане именуют Коран) четко прописано: «Обработавший землю, ею и владеет», и строил там свой дом. Бывший же хозяин был обязан помочь ему в этом деле. Потому что, согласно Терэ, за пять лет плена человек отработал на помощь. А Степан - сей бравый солдат и герой баталии подле Козлуджи, приглашён мною на воинскую службу в Его императорского Величества Особую команду крымских татар в чине унтер-офицера и моего личного вестового.

Александр Чердак

(продолжение)

(лист первый)

"Нам же, верным

"Нам же, верным последователям пророка Магомета, рабов иметь нельзя, так как Аллах всех людей создал свободными." Вах!

Отправить комментарий